«Все, кто хотел уйти, уже ушли»: рекрутер раскрыл, как устроен набор на СВО — планы, штрафы и посредники
Материал «Газеты.Ru» раскрывает изнутри, как сегодня устроен набор контрактников для участия в СВО. Журналисты поговорили с одним из рекрутеров, который занимается поиском людей для подписания контрактов с Минобороны. Его рассказ описывает систему без прикрас и с множеством деталей, которые редко звучат публично.
По словам собеседника издания, масштабный набор начался ещё в 2023 году и с тех пор только нарастал. «Минимальный план был меньше десяти человек за месяц, максимальный – около 40. Пиковым был 2024 год, когда ВСУ вторглись в Курскую область», — рассказывает он.
Он уточняет, что речь идёт не о стихийном наборе, а о системе заданий, которые доводятся до государственных и бюджетных организаций. Коммерческий сектор, по его словам, в эту схему не включён.
Предприятия получают конкретные планы по привлечению людей и используют разные методы — от внутренних агитаций до поиска кандидатов через сайты вакансий.
Если план не выполняется, применяются санкции. Рекрутер описывает это так: «Худшие организации получают «черную метку». Три черные метки – автоматическое увольнение – сначала второго лица, дальше самого директора, если проблема не решается».
Отдельно он рассказал о том, что вокруг набора сформировался целый рынок посредников. По его словам, за каждого приведённого человека частные вербовщики получают от 25–50 тысяч рублей до миллиона.
«По сути, набор в войска превратился в человеческий рынок с огромной конкуренцией», — отмечает собеседник издания.
При этом, по его словам, находить кандидатов становится всё сложнее: «Все, кто хотел уйти на СВО с предприятий, уже ушли». Но поток всё ещё сохраняется.
Он также описывает проблемы на этапе медкомиссий: «Чтобы подписать контракт, нужно пройти медкомиссию. Сейчас остался такой контингент, что каждый второй либо болен гепатитом, либо ВИЧ, либо у него затемнение в легких».
«Самая строгая медкомиссия в Москве. Но если там забраковали человека, его могут отправить в регионы. Особенно в этом плане отличился Воронеж – они даже с ВИЧ брали!», — добавляет он.
По словам рекрутера, география звонков на контракт разная: чаще обращаются из Татарстана и Башкирии, меньше — из западных регионов. Бывают обращения и из-за рубежа — Египта, Индонезии, Ливана, Бразилии, однако заключить контракт с иностранцами, не подпадающими под визовый режим, практически невозможно.
Он отмечает, что среди кандидатов есть и женщины, но в большинстве случаев им отказывают без специального направления от воинской части.
«Если нет «отношения», то есть гарантийного письма от конкретного командира части, что он готов взять человека в свое подразделение», — поясняет он.
Мотивация у людей, по его словам, разная: «У кого-то ипотека, кредиты, кто-то хочет снять судимость. Идейных тоже полно. Особенно после вторжения в Курскую область все идейные звонили. У них был крик души: «Не могу остаться в стороне, не могу смотреть на то, что ВСУ творят в Курске»».
Рекрутер также говорит, что около половины кандидатов направляются в штурмовые подразделения, но подчёркивает, что многое зависит от возраста и специальности.
«Если ты обладаешь нужной специальностью, будешь работать по специальности. Если наводчик артиллерии или умеешь обращаться с БПЛА, это на вес золота. Из гражданских самые востребованные – профессиональные водители и сварщики с категорией», — поясняет рекрутер.
Отвечая на вопрос о возможной длительности конфликта, он подчеркивает: «Пока они будут поддерживать, это может длиться хоть десять лет. С российской стороны добровольцы не закончатся».
В финале интервью он делает личное признание: «Если бы была возможность сегодня прикрыть эту войну – я бы отдал все деньги. Все, до копейки, что я заработал с добровольцами, я бы сразу же отдал за это».
Как ранее писал Topnews, Рязанский губернатор Малков обязал работодателей искать контрактников на СВО.
